Оглавление

Как на самом деле будут выглядеть солдаты будущего

Экзоскелеты, шлемы с дополненной реальностью, бронежилеты нового поколения — когда и в каком виде они перекочуют из игр в реальность

После массового распространения огнестрельного оружия доспехи постепенно облегчались, пока не исчезли практически повсеместно. Солдат «эры винтовок» во второй половине XIX века не был защищен ничем, кроме мундира. Однако уже в эпоху мировых войн экипировка начала усложняться, а в наше время индивидуальная боевая экипировка вновь вышла на передний край технологий.

Современное снаряжение пехотинца несовершенно — с этим согласны все, от ученых до самих солдат. Пехотинец по-прежнему самый уязвимый «юнит» на поле боя. До середины XX века это не вызывало особых протестов, гибель даже десятков тысяч людей в сутки считалась если не нормальным делом, то уж точно не поводом для протестов. Однако время массовых армий, воюющих большой кровью, прошло — где-то раньше, где-то позже. Военное дело становится сложнее, подготовка бойца — дороже, а общество не горит желанием ежедневно искать в газетах списки погибших в бою за городок или нефтяное поле с экзотическим названием. Типичная война современной державы — это операция с привлечением небольших сил против террористических отрядов, повстанческих группировок, которые, в свою очередь, тоже не воюют миллионными армиями в чистом поле и часто перемешаны с гражданским населением. С другой стороны, технологии далеко шагнули вперед со времен Вьетнамской войны, и эффективность даже отдельного пехотинца может быть резко увеличена.

Проектов экипировки будущего существует огромное количество, словосочетание «солдат будущего» стало устойчивым выражением. Свои варианты снаряжения суперсолдата разработали не только крупные военные державы, но и, к примеру, Иран, Иордания, Словения, Чехия. При всем многообразии вариантов чаще всего они сводятся к нескольким новациям.

Прикрыть и защитить



Какие бы гаджеты ни навешивались на солдата, назначение его экипировки сводится к немногим основным функциям. Во-первых, это защита. Здесь все обстоит не так просто, как может показаться. Бронежилеты современного типа известны едва ли не с начала ХХ века, однако в локальных конфликтах в бывшем СССР часто можно было видеть бойцов без всякого прикрытия. Какой-нибудь сельский ополченец может и не понимать, для чего нужны средства защиты, но часто и опытные профессионалы отказывались от брони. В чем дело? Причина банальна: противопульный «броник» весит много и ограничивает подвижность. Поэтому броня современных жилетов конструируется с таким расчетом, чтобы использовать не только сталь, но и легкие материалы. Бронежилет — довольно сложное устройство. Его основу составляют бронепанели из стали, титана или специальной высокопрочной керамики. Однако пулю или осколок мало просто остановить. Летящий на высокой скорости кусок металла легко может нанести такой удар, что из формально непробитого бронежилета извлекут мертвого или тяжелораненого бойца. Пуля даже не очень мощного пистолета вроде обычного «Макарова» способна переломать ребра и отбить внутренности, не проломив самого бронежилета. Поэтому под броневые элементы обычно добавляется слой вещества для амортизации, скажем, пенополиэтилена — именно для смягчения удара. Наконец, все это добавляется тканевым противорикошетным пакетом — специальным слоем, нужным, чтобы ловить осколки пуль, разрушающихся при столкновении с броней.



Современные бронежилеты обычно делаются с тем расчетом, чтобы их можно было настраивать под нужды конкретного пользователя. Добавляются наплечники, бронированные фартуки, воротники. Беда в том, что все это увеличивает массу и снижает подвижность. Поэтому разработчики бронежилетов буквально молятся на новые материалы, полимеры, гибридные полимер-металлические композиционные составы. Суть в том, чтобы сохранить прочность конструкции, но повысить гибкость и уменьшить вес. Жесткая защита остается для прикрытия ключевых органов, а вот конечности прикрываются «мягкой» броней из прочных полимеров. Конечно, такой комбинезон не станет препятствием для наиболее мощных пуль, но чаще всего солдат на поле боя поражают осколки, иной раз — каменные «брызги», куски стекла, обломки. Наконец, такие комплекты обмундирования стараются сделать огнеупорными: на полях сражений горит слишком многое, чтобы игнорировать эту угрозу, да и выскакивать из пылающей машины солдатам приходится часто. В идеале такое обмундирование должно обладать еще водоотталкивающими свойствами и маскировать солдата в инфракрасном спектре, а российский «Ратник-2», если верить анонсам, еще и будет изменять цвет камуфляжа в зависимости от условий местности.

Еще одна линия защиты — это ботинки. Мины — настоящий бич современных горячих точек. Их ставят в полном беспорядке, часто — творчески дополняют стандартные армейские конструкции, а местные жители подрываются даже спустя многие годы после установки. При этом мощность взрывчатки, встроенной в стандартную противопехотную мину, невелика и может составлять всего 50 г тротила. Такая мина нужна не для убийства. Наступивший получает тяжелое ранение ноги и не только выбывает из строя сам, но и вынуждает товарищей бросать все и как можно скорее эвакуировать солдата, потерявшего ступню. Обувь, способную защитить от небольших мин, с переменным успехом разрабатывают уже давно. Однако надежная защита ноги от ударной волны и осколков противоречит другому принципиальному требованию: обувь должна быть легкой и удобной. Толстая подошва с металлическими пластинами внутри такому запросу соответствует откровенно плохо. Надежные ботинки, способные защитить от мины и при этом позволяющие проделать долгий марш, пока остаются делом будущего. Правда, существует альтернативный способ уберечь ноги. В существующем варианте модернизации отечественного «Ратника» ботинки предлагается оснастить датчиками взрывчатки. Вероятно, это и есть тот «философский камень» противоминной защиты.



Кроме всего прочего, от обмундирования будущего ожидают некоторых качеств, необходимых для жизнеобеспечения солдата. Терморегуляция (обогрев или кондиционирование) совершенно необходимы, как и система вентиляции, в противном случае носить такой комплект будет просто невозможно. Плюс некоторые проекты предполагают слежение за физическим состоянием бойца и даже автоматическое введение медикаментов или фиксацию поврежденной конечности при помощи «умного» обмундирования.


Шлемы будущего



Отдельная проблема — шлем. Здесь нас ждет сразу несколько дополнительных трудностей. Теоретически нет проблемы сконструировать такую защиту головы, которая выдержит попадание из снайперской винтовки в упор. Беда в том, что любой шлем обладает неустранимым недостатком: он крепится на позвоночник владельца. Поэтому удар достаточной силы просто сломает обладателю шлема шею — печальная судьба множества реальных воинов, с древности до наших дней. В некоторых играх (StarCraft) защита головы прямо-таки вырастает из доспехов. За позвоночник Джим Рейнор может быть спокоен. Однако разработчикам не приходилось думать о том, что увидит стрелок из такой жестко закрепленной конструкции, и как он будет крутить головой на поле боя. Поэтому шлем все-таки должен обеспечивать хороший обзор во все стороны (в том числе вверх и вниз) и не должен стеснять движений. Так что защищать ценнейшую деталь любого оружия — голову его владельца — приходится традиционным способом: прочный шлем обтекаемой формы для лучшего рикошета с хорошо амортизирующим удары снаружи подвесом.



Но шлем давно уже не единственное, что носит солдат на голове. Нелишними будут заранее установленные на каску крепления для приборов ночного видения, фонарей, наушников, гарнитур, тепловизоров. Часто футуристические шлемы и в играх, и в жизни оснащены забралом. Защита лица не только от пуль, но и от дыма — проблема актуальная, пока же обычно солдаты просто таскают баллистические очки. Это приспособление иногда выглядит как просто элемент выпендрежа. На самом деле такие очки не только дают бонусы к крутизне внешнего вида, но и имеют вполне практическое назначение. Понятно, что солдат с забитыми кирпичным крошевом глазами на некоторое время имеет нулевую ценность, но кроме того, линзы этих очков сделаны из прочного поликарбоната, способного остановить легкие осколки. Глаз — орган уязвимый, даже маленький осколок или обломок пули может его лишить. Поэтому такая простая защита может оказаться спасением. Известны случаи, когда солдаты сохраняли глаза, несмотря на то, что лицо оказывалось буквально изрезано небольшими осколками.

В шлемах будущего проблема решается радикально. Лицо прикрывает защитная маска, предохраняющая вдобавок от аэрозолей, дыма, пыли — всего, что может удушить владельца.



Солдат в сети



Однако главная новинка шлемов будущего состоит в дисплее дополненной реальности. Для летчиков ничего необычного в этом нет, а вот пехотинцам только предстоит привыкнуть смотреть на мир таким образом. Система камер и дисплеев позволяет давать целеуказания на порядок более точно и быстро, чем прежде — и обмениваться информацией внутри подразделения, с соседями, авиацией, частями поддержки. Собственно, это как раз и будет похоже на то, что привыкли видеть в играх: маркеры, обозначающие своих и чужих, цели, промежуточные задачи. Целеуказание трассирующими патронами применяется уже десятилетия, но, похоже, ему предстоит стать реликтом прошлого. Пометка на дисплее — это, конечно, шаг вперед. Связь в таких комплектах обеспечивается портативной рацией с возможностью подключения резервных каналов.



Управляет этой системой будет носимый компьютер, способный не только следить за датчиками и дисплеями, но и объединять солдат в единую сеть. В ее рамках можно идентифицировать цели, отделять своих от чужих, сообщать командованию о местонахождении и состоянии солдата. Позиционирование в пространстве — дело необычайно важное, в войнах ХХ века не только отдельные солдаты, но и целые подразделения регулярно гибли просто из-за потери ориентировки.

Датчики и блок управления могут быть использованы и для решения более узкоспециализированных задач. К примеру, американская Mounted Warrior предусматривает возможность дистанционно управлять саперными роботами или подключать систему определения местоположения снайперов противника.

В некоторых вариантах экипировки используются разные тактические компьютеры на уровне рядового, отделения и взводного командира. Однако эта модель обладает серьезным недостатком: при выходе из строя офицера сержанты не могут взять на себя их функции. Более перспективной выглядит схема с универсальными тактическими компьютерами с переключаемыми режимами работы. Данные, поступающие со всех датчиков рядовых солдат, передаются в реальном времени на компьютер командира, который раздает указания.


Карающая десница



Комплекс вооружения тоже подвергнется модернизации. Вряд ли индивидуальное оружие пехотинца ждут какие-то фундаментальные изменения: это по-прежнему будут пороховые винтовки. Однако они будут дооборудованы до почти полной неузнаваемости.



Автоматы станут компьютеризированными. Итальянская версия программы Soldato Futuro предусматривает создание автомата, который сможет запоминать баллистику боеприпасов различных типов и автоматически корректировать прицельную марку. Интеллектуальный прицел будет также самостоятельно вычислять дистанцию до цели при помощи лазерного дальномера, учитывать погодные условия, атмосферное давление, вносить поправки на ветер. Словом, вычисления в уме и прикидки на глазок должны отойти в прошлое. Солдат должен прицелиться — оружие само внесет необходимые поправки. К тому же непосредственно приникать к прицелу тоже не потребуется: камера, закрепленная на оружии, может сама транслировать изображение на нашлемный дисплей, так что сам стрелок может оставаться в укрытии. Видеомодули внедряются довольно активно, подобные проекты есть почти у всех стран, разрабатывающих комплекты снаряжения нового поколения. Что касается самого оружия, то уже давно, хотя пока и не всегда успешно, предпринимаются попытки объединить в единый комплекс автомат и гранатомет, создать программируемые боеприпасы, способные, например, взрываться точно над целью, корректировать курс и так далее. Правда, пока воз и ныне там: надежные отработанные конструкции раз за разом оказываются более привлекательными, чем новинки. Судя по всему, грядущие десятилетия военные мира проведут модернизированными, но все теми же старыми добрыми «Калашниковыми» и М16 в руках.

Перспективы ручного лазерного оружия пока остаются туманными. Попытки создать лазерный пистолет уже предпринимались: в 1984 году конструкторская группа при Академии ракетных войск СССР разработала пистолет для самообороны космонавтов достаточной мощности для ослепления противника на минимальном расстоянии. Лазеры, ослепляющие оптику противника — реальность уже сегодняшнего дня. Однако создание боевых лазеров, способных разрушать укрытия и поражать людей и технику, столкнулось с неожиданными трудностями.

Дело в том, что лазер очень чувствителен к состоянию атмосферы. Даже обычный городской смог серьезно рассеивает луч. А задымленное и запыленное поле сражения, дождь, туман, снегопад или пыльные бури в разы ограничивают дальность применения лазера и мощность энергии, сообщаемой цели.

Исследование US Naval Research Laboratory из Вашингтона показало, что в городе на расстоянии в несколько километров лазер становится неприменим вообще, вне зависимости от мощности. До цели просто дойдет слишком маломощный луч. Дело в том, что достаточно мощный лазерный луч, способный как следует разогреть воздух по пути, сам же запускает физические процессы, ведущие к его расфокусированию. Чем меньше мощность луча и чем шире сам луч, тем меньше рассеивание… но и тем меньше такой луч сам по себе способен поразить цель.

На суше попытка массово использовать лазерное оружие столкнется с очевидным и очень простым ответом. Дымовая шашка — простейшее и широко распространенное устройство, а дымзавесы в сотни километров по фронту — известная реальность войн ХХ века. Не говоря уже о тех тучах дыма и пыли, которые даже без всяких целенаправленных усилий висят над любым полем сражения. До сих пор все успешные испытания лазерного оружия велись в полигонных условиях. Совместная разработка лазерной системы противоракетной обороны, которую вели Израиль и США, увенчалась огромными расходами и выходом Израиля из проекта. Эрец Исраэль защищает небо при помощи традиционных противоракет.

Механическая рука



На проекты боевых экзоскелетов военные обратили внимание давно. Преимущества, которые дает внешняя мускулатура, очевидны: возможность совершать длительные быстрые марши, носить огромный запас боеприпасов и оборудования, разбирать препятствия, просто долгое время выполнять монотонную работу — все это донельзя соблазнительные перспективы, не говоря о том, какое мощное вооружение можно смонтировать на металлополимерный каркас.



Именно на таком принципе основан американский проект TALOS (Tactical Assault Light Operator Suit). Как предполагается, эта система обеспечит связь, навигацию и жизнеобеспечение на базе несущего экзоскелета.

Главный тормоз экзоскелетов сейчас — это высочайшее энергопотребление. Однако попытки удешевить и миниатюризировать аккумуляторы предпринимаются постоянно. Стоимость батарей стабильно падает, эффективность растет, причем речь идет о непрерывном процессе. «Философский камень» энергоэффективности штурмуют сразу со всех сторон: натриевые аккумуляторы вместо литий-ионных, батареи на жидких электролитах, литий-серные. С другой стороны, экзоскелеты тоже совершенствуются: более современные датчики мускульной активности позволяют оптимальнее расходовать энергию, а внедрение более легких материалов и усовершенствованные приводы позволяют сильно повысить автономность. Скажем, экзоскелет, разрабатываемый по программе XOS, с 2000 по 2010 год удалось облегчить на 10 кг и вполовину сократить энергопотребление без потери ключевых функций. Так что, если не произойдет ничего непредвиденного, массовое внедрение экзоскелетов в жизнь и в войска произойдет уже на наших глазах.

Вообще источники энергии — это не имеющее почти никаких шансов попасть в игры, но очень значимое в реальности узкое место проектов солдат будущего. Ничего принципиально нового в самой необходимости подзарядки нет, даже обычные оптические прицелы комплектуются батарейками для подсветки, а уж о необходимости держать заряженными батареи раций знает любой школьник. Однако солдат будущего несет на себе огромное количество девайсов разного назначения. Добавление к боеприпасам, медикаментам, топливу и провизии еще и аккумуляторов само по себе усложняет и без того не самую простую задачу по обеспечению армии всем необходимым, а необходимость раз в несколько часов подзаряжать каждого «киборга» создает проблемы, которые в прежние времена показались бы просто комичными. Военнослужащему придется носить еще и зарядное устройство для подпитки собственного оснащения. Пока приходится ограничиваться довольно небольшим сроком работы. Так, аккумуляторы французского комплекса FELIN дают гарантию работы в течение суток и не более.

Выбоины на дороге прогресса



Почему же все эти достижения прогресса в основном так пока и остаются достоянием технических выставок? Основных причин две: цена и надежность. Создать боевой комплекс, в котором все подсистемы будут четко работать, чрезвычайно трудно. Американцы использовали комплекты Land Warrior и Mounted Warrior — и остались не слишком довольны. Новые комплекты снаряжения оказались неудобными и постоянно выключались из-за ненадежных и быстро разряжающихся элементов питания. Такие же проблемы проявились у европейских комплектов футуристического снаряжения, использовавшихся в Афганистане. Однако когда удавалось заставить эти хрупкие шедевры технологий работать как надо, эффективность солдат и целых подразделений действительно повышалась, особенно в том, что касается навигации и целеуказания.



Другая проблема — сложность и дороговизна снаряжения. На изготовление комплекта для пехотинца будущего уходит масса сложных в изготовлении дорогих материалов, электронных устройств, а стоимость хорошего прицела уже сейчас может превышать стоимость оружия, на которое он установлен. Снаряжение уникального качества требует и солдата, который будет в состоянии использовать возможности своей экипировки на 100%. Вряд ли можно ожидать, что боец с полугодовой подготовкой, теряющий запчасти к обычному пулемету и смутно представляющий, как читать банальную топографическую карту, окажется в состоянии полноценно использовать действительно сложные устройства вроде ротных беспилотников. Скорее всего, различные элементы футуристической экипировки будут внедряться постепенно, сперва в элитных подразделениях. В принципе, это обычный путь любой технологической новации. Сначала дорогая и сложная игрушка, затем достояние элиты и в самом конце — массовые модели. В наше время первые подобные комплекты уже поступают на вооружение. Бундесвер предполагает внедрить комплекс Infanterist der Zukunft к концу 2020 года в количестве около 2500.

Медленно и постепенно, но элементы экипировки, казавшиеся ранее фантастикой, вползают на поля сражений, и в ближайшие десятилетия то, что в шутерах казалось просто игровыми условностями, может стать частью реального военного дела.

Обсудить