Оглавление

Как пороховое оружие завоевало мир

Селитра из птичьего помета, сарацинские ракеты и бесы на вращающихся пулях – все о предшественниках гранат, пистолетов и винтовок

Найти игру, в которой герои бы использовали современные ружья или, напротив, экзотические бластеры — дело пяти секунд. А вот раннее пороховое оружие — редкий гость даже в RPG, не говоря уже об экшенах. Почему первые ружья были куда опаснее для самих стрелков, чем для их мишеней, когда появились предтечи ручных гранат и как выглядела русская «чугуниевая долина» — расскажет наш материал.

Восточная экзотика



Порох изобретали много раз во многих местах независимо друг от друга. Однако впервые на регулярной основе его начали производить в XI веке в Китае. Зачастую пишут, будто китайцы ограничивались созданием пиротехники для фейерверков, но это, разумеется, не так. Порох довольно быстро стали использовать для зажигательных стрел: к древку прикреплялся бумажный сверток c комочком пороховой мякоти внутри. Позднее появились зажигательные снаряды для катапульт, а во время монгольского нашествия китайцы попробовали сделать настоящую осколочную бомбу и как минимум однажды подорвали монгольские осадные сооружения. Этим устройствам давали устрашающие названия вроде «Сжигающая кости дробящая бомба». Однако реальный эффект был незначительным: защититься от монголов так и не удалось.



Тем не менее, уже в монгольском Китае оружейники продолжали развивать пороховое вооружение и в ХIII веке обнаружили любопытное явление. В Китае уже имелись примитивные огнеметы — металлические трубки, в которые закладывалась пороховая смесь. Новое открытие состояло в том, что из трубы можно не только извлекать языки пламени, но и выбрасывать кусочки фарфора или металла. Дело в том, что первоначально пороховая мякоть содержала не только селитру, серу и уголь, но и разнообразный мусор. Когда оружейники заметили, что этот мусор сам по себе представляет угрозу для противника, новую эру в военном деле можно было считать открытой. Необходимость изготовлять снаряды, плотно прилегающие к стенкам ствола, осознали не сразу, но как только это стало ясно, китайские мастера приступили к изготовлению первых пушек.

На дворе стоял XIII век. В Европе правили бал закованные в броню рыцари, в Азии — великая империя монголов. Ни те, ни другие не представляли, какую роль сыграет китайское изобретение в будущей войне. Однако по Азии пушки быстро распространялись: во время борьбы Китая за независимость от монгольской династии обе стороны уже использовали огнестрельное оружие.

Из Китая новинка попала в арабские страны. В Санкт-Петербурге хранится манускрипт, описывающий первые мортиры. Это орудие делалось из дерева цилиндрической формы, причем ствол в верхней части был шире, чем в нижней. Порохом ствол забивался до середины, дальше шел пыж, а ядро было больше, чем канал ствола в диаметре, и только слегка притапливалось в ствол. То есть, орудие вообще не направляло снаряд, а лишь выталкивало его. Основным эффектом применения этого шедевра инженерной мысли, видимо, был устрашающий грохот и яркая вспышка. Если же кого-то из противников удавалось еще и убить, канониры могли поздравить себя с большой удачей.



В Европе развитие шло с некоторым отставанием и с XIII века — независимо от Азии. Тогдашних европейцев, истовых христиан, впечатляла инфернальная атмосфера вокруг пушек — чего стоил только постоянный запах серы. К тому же, пушки оказывались очень кстати, если цель стояла на месте и была большого размера, как замок. Да, они были ненадежными, их часто разрывало, а в артиллеристы могли назначить в виде наказания. Однако победное шествие огнестрельного оружия уже ничто не могло остановить. Бомбарды — ранние донельзя примитивные орудия — в течение всего нескольких десятилетий распространились по всей Европе.

На Руси москвичи палили из пушек по орде Тохтамыша в 1382 году. Записки иностранцев, посетивших страну, пестрят репликами в духе: «У русских превосходная артиллерия из бронзы» или «Артиллерия в достаточном количестве снабжена бомбардирами, превосходно устроена, обучена и постоянно упражняется». Пушечные избы — русская «чугуниевая долина» — возводились с участием и местных, и приглашенных мастеров. Скажем, при осаде Смоленска в 1514 году московская рать пользовалась услугами некоего «немчина Стефана», который обслуживал громадную бомбарду. Это чудо тогдашних высоких технологий палило ядрами весом в 200 килограмм или кустарной гранатой: множеством металлических шариков с креплениями, которые разрывались в полете.

Гигантские пушки стали приметой времени именно в XV и начале XVI века. Знаменитая Царь-пушка — лишь один из позднейших образцов таких орудий. Кстати, стрелять из нее при необходимости собирались вовсе не огромными ядрами, которые можно видеть в Кремле: это чистая бутафория. На самом деле Царь-пушка должна была стрелять картечью — россыпью небольших ядер, окованных свинцовыми поясами. Так что возле Кремля стоит самый большой в мире дробовик. Подобных монстров изготовляли и турки, и голландцы, и французы. Иной раз стрелять из них даже не требовалось: как-то гарнизон крепости ушел со стен, видя, как гигантскую бомбарду готовят к выстрелу, а священник заранее отпевает пушкарей.



Пушки почти сразу же начали обильно украшать. Скажем, пфальцграф Фридрих II, не страдая избытком скромности, велел выбить на казенниках орудий собственный профиль. С казенника одного из русских орудий на пушкаря с интересом глядит Иван Грозный, а на одной из азиатских пушек казенную часть вообще украшает… кукиш. Пушки часто получали имена собственные, начиная от очевидных «Орла» или «Ахилла» и заканчивая забавно звучащими для нынешнего уха «Девкой», «Вором» — и даже немецкой пушкой по имени «Дикий муж» или русским «Кашеваром».

Настоящим поединком старого и нового стала битва при Кастийоне в 1453 году — одно из последних сражений Столетней войны. Французы встретили англичан не только обычным обстрелом из луков и арбалетов, но еще и залпами артиллерии. Английские лучники много раз побеждали рыцарскую конницу, но противопоставить пушкам им было нечего. Как писали французские хронисты, «артиллерия причинила горестный ущерб англичанам, поскольку каждый выстрел сражал пятерых или шестерых, так что все были убиты».



Конечно, в этом была доля хвастовства. Однако стало ясно, что пушки годятся не только для разрушения крепостей, ими можно выигрывать сражения. Уже в середине XV века пушку дополнили колесами, позволившими передвигать ее по полю боя и — гениальное изобретение — цапфами. Дело в том, что до сих пор орудие наводили, просто перемещая лафет. Цапфы давали возможность наводить орудие по вертикали, что сделало полевую пушку действительно страшным оружием. Ядра проносились сквозь строй и валили сразу множество людей. Иногда катящееся ядро казалось молодым пехотинцам уже безопасным, и они пытались эффектно остановить его сапогом, умножая число одноногих. Словом, армию без пушек уже в конце XV века было трудно представить.

Вскоре опечаленный таким поворотом дел военный теоретик Фронсбергер записал:
«Всевозможная хитрость, обман, предательство вместе с этими омерзительными орудиями получили такой перевес, что ни умение фехтовать, бороться, драться, ни оружие, ни вооружение, ни сила, ни искусство, ни храбрость уже ничего не могут, ничего не значат. Ибо часто случается, что храбрый герой бывает убит из пушки никуда не годным, отовсюду выгнанным малым, который не посмел бы в другое время с ним заговорить или даже взглянуть на него».


Дьявольская сила



Уже со второй половины XIV века у европейских владык появились мысли о введении в войсках компактного огнестрельного оружия. Получившиеся образцы — ручницы — отличались, как и пушки, плохой надежностью, но были проще в освоении, чем лук и арбалет, хотя уступали им по боевым качествам. А еще они стоили дешевле. В 1364 году, например, магистрат итальянского города Перуджи выдал подряд на производство сразу пятисот ручниц — учитывая размеры тогдашних армий, очень значительное число.

Боевым дебютом массового ручного огнестрельного оружия стали гуситские войны. Чешские повстанцы воевали при помощи боевых телег, служивших и транспортом, и укреплением, и на каждой, кроме воинов с оружием ближнего боя, располагались стрелки. В рыцарских коней летел целый дождь стрел, и одновременно в морды их коням дымили и громыхали ручницы, иногда поражая животных и всадников. Интересно, что именно от чехов в русский язык попали некоторые артиллерийские термины — например, «пушка» и «гаубица», а также «пиштала», то есть, «дудочка», трансформировавшаяся в «пищаль». Вскоре в Германии изобрели фитильный замок, а развитие металлургии позволило производить более длинные и прочные стволы. Так появились знаменитые ружья-аркебузы, сделавшие бессмысленными доспехи.



Между тем, всадникам тоже требовалось огнестрельное оружие. В начале XVI века в кавалерии распространились пистолеты. Первые образцы были дороги и неэффективны — не только доспехи, но даже лобная кость противника иногда становилась непреодолимым препятствием для пули. Однако кавалеристы все равно брали их в бой. Чтобы повысить скорость стрельбы, они применяли тактику «караколь». Всадники приближались к пехоте противника, стреляли из пистолетов, а затем освобождали место для следующей шеренги. Интересно, что в последний раз подобный прием использовали аж в 1813 году кирасиры Наполеона под Дрезденом против австрийской пехоты, которая не могла вести огонь из-за дождя (кирасиры сохранили пистолеты в сухих кобурах).

Винтовка же стала популярной только в XIX веке, хотя сама идея оставлять на стволе нарезы, придающие пуле вращение и улучшающие тем самым точность стрельбы, относится еще к XV веку. В начале XVI века некий баварский шарлатан объявил, что знает, в чем секрет этой меткости. По его словам, на обычной пуле сидели бесы, которые и сталкивали ее с пути, в то время как на вращающейся пуле они усидеть не могли. Противоположная точка зрения состояла в том, что как раз на пуле из винтовки черти и сидят, направляя ее в цель. В конце концов, в Майнце поставили эксперимент: из нарезных ружей сначала отстреляли серию обычных пуль, а затем — освященных серебряных с изображением креста. Освященные пули пролетели мимо мишени, из чего церковные власти сделали вывод: раз из-за изображения креста точность упала, значит, он точно спугнул бесов и винтовка — дьявольское оружие. На деле проблема была скорее в том, что свинцовые пули плотнее прилегали к нарезам, а серебряные шарики деформировались, когда на них выдавливали кресты.

Однако армии проигнорировали винтовки из-за менее возвышенных соображений. Дело в том, что оружие в те времена заряжалось со стороны ствола, и пулю приходилось очень долго забивать в ствол с нарезами. Охотникам это не мешало, а вот для стрелка в полковом строю подобное снижение скорострельности становилось роковым. А уж по пехотному батальону со ста метров можно было попадать (пусть и не всегда) и из гладкоствольных аркебуз и мушкетов. Поэтому победное шествие винтовки пришлось надолго отложить.



В еще более дремучие времена появился другой типичный образец современного вооружения — ручная граната. В раннем средневековье это были просто глиняные горшки с горючим веществом и фитилем из пучка пакли. В Греции использовались гранаты из дутого стекла, а в 1405 году, когда на дворе еще были Средние века, немецкий изобретатель Конрад фон Айхштадт придумал вполне современную гранату — пороховой заряд в чугунном корпусе. Правда, весило такое чудо техники несколько килограмм, иначе взрыв получался совсем слабеньким. Поэтому они далеко не были такими опасными для врага, как современные «лимонки». Вдобавок, фитили или деревянные запалы часто гасли, а то и наоборот, сгорали слишком быстро и взрывались прямо в руках у гренадера. Одно время их пытались метать из ручных мортирок, но точность стрельбы из гранатометов XVI века была ничтожной, да и поражающее действие слабым.

Россия шла несколько своеобразным путем. С одной стороны, основу войска составляла поместная кавалерия из преимущественно небогатых людей. Пистолеты долго не распространялись на Руси. С другой, после того, как Иван Грозный учредил стрелецкое войско, огнестрельным оружием вооружилась большая часть активно воюющей пехоты. Пикинеры, составлявшие заметную часть армии в Западной Европе, просто не получили у нас обширного распространения. Это диктовалось прежде всего особенностями местности и противником: тяжелой кавалерии, чей удар должна была отбить коробка пикинеров, у актуальных противников Московского царства почти не имелось, зато против ордынских всадников желательно было иметь как раз свою легкую конницу и пехоту, оснащенную ружьями. Так что стрельцы чаще уповали на разнообразные полевые укрепления и помощь кавалерии, чем на пикинеров.

Грязное дело



Отдельную трудность представляло производство пороха. Само по себе оно было чрезвычайно опасно. Одно неловкое движение — и упавшая свеча или даже случайная искра отправляла пиротехника в лучший мир. Из-за этого мастера возили ингредиенты по отдельности, а затем уже на месте составляли смесь. От пороховых мануфактур пахло невероятно омерзительно даже по меркам Средневековья. И дело не только в сере: чтобы добыть другой ингредиент, селитру, рецепт 1561 года рекомендует смешать человеческие фекалии, мочу, «а именно тех, кто пьет вино или крепкое пиво», навоз «лошадей, что кормят овсом», и известь, полученную из старого строительного раствора или штукатурки. Но обороноспособность страны была важнее обоняния граждан.

Пороховое оружие стало одним из важнейших преимуществ Европы в гонке цивилизаций. Да, порох знали и в Азии, но именно между Лиссабоном и Москвой порох и оружие, изготовленное по новым принципам, открыли новую страницу в военной истории мира. Конечно, огнестрельное оружие было не единственным фактором, благодаря которым европейские страны добились доминирования на планете, но безусловно, оно находится в числе причин такого успеха. Грохот стрелецких пищалей, аркебуз конкистадоров и немецких пушек ознаменовал наступление новой эры.

Обсудить