Оглавление

Куда стоит отправить ассасинов в новой Assassin’s Creed?

Эпохи и страны, которые мы хотели бы видеть в следующих выпусках серии

Ассасин навел ужас на Норвегию и Англию эпохи викингов, и теперь, конечно, назрел вопрос, куда бы ему еще податься. Сериал про тайного убийцу огромен, но интересных мест и времен на планете все еще полно.

Германия, XVII век





Священная Римская империя была тем странным местом, чье название полностью расходилось с реальным положением дел. Она не контролировала Рим, священной ее можно было назвать разве что в виде насмешки, а главное, империей она была очень условно. Это было циклопическое государство, включавшее нынешние Германию, Австрию, Чехию, Венгрию, Эльзас с Лотарингией. Формально император руководил супердержавой своего времени, но фактически он не мог отдать приказ, который все побежали бы исполнять. Дело в том, что внутри империи существовало 1300 государств, которые находились в очень сложных отношениях друг с другом, с императорским двором и внешними державами. Теоретически были разные механизмы принуждения, вроде «имперской экзекуции», когда репрессии против потерявших берега властителей отдавались на аутсорсинг другим князьям. На практике императору практически всегда приходилось прибегать к непрямому управлению. Да, существовали и крупные государства, с населением в сотни тысяч жителей, но обычным имперским княжеством был буквально замок правителя с десятком деревень вокруг. Зато выйти замуж за принца местным девушкам было куда проще, чем может показаться – принцев-то вокруг тысячи. К тому же, эти сеньоры имели голоса в Рейхстаге, разный набор прав и привилегий, тараканов в голове, личных обид и амбиций. Священная Римская империя выглядела так, что карта на старте Crusader Kings смотрится на ее фоне простой и интуитивно понятной.

По этой причине князьям постоянно приходилось выпутываться из своих трудностей самостоятельно. Благо, специалистов на любой вкус в стране хватало, в том числе опытных в обращении с оружием – были бы деньги. Но из-за такой запутанной ситуации противоречия накапливались, конфликты разной степени вооруженности возникали непрерывно, и в итоге религиозные, политические и экономические споры вылились в самую безумную и жестокую войну эпохи – Тридцатилетнюю. При формально всего двух сторонах состав участников постоянно менялся, князья перебегали из лагеря в лагерь, а на территории империи устраивали свои разборки Швеция, Испания и Франция.



Империю переполняли частные армии, и звездой этого танцпола был Альбрехт фон Валленштейн. Он начинал как захудалый дворянчик, вовремя сбежал с полковой кассой и постепенно отстроил грандиозную военную корпорацию со своими мануфактурами, кузницами, пороховыми мельницами, банками и, главное, наемной армией. Армия кормилась от субсидий императора, а сам Валленштейн получал прибыль благодаря превосходно организованному беспределу – войско аккуратно и упорядоченно грабило всё, до чего могло дотянуться. Однако по ходу войны Валленштейн запутался в собственных интригах и заговорах, увлекся мистическими идеями, начал верить гороскопам сильнее, чем разведке, и погиб в результате заговора, затеянного против него самим же императором. Но он был только самым ярким капитаном наемников, далеко не единственным. За 30 лет, пока шла война, Германию разграбили и изгадили целиком – были области, обезлюдевшие полностью, а кое-где солдаты просто учинили геноцид. Скажем, один из князей, когда по соседству с голода взбунтовались крестьяне, просто распорядился повесить всех подданных, каких найдут в районе, прилегающем к области бунта. Не от безумия, а сугубо ради профилактики. От таких художеств во многих областях остатки населения перешли буквально к подпольному существованию и убегали в леса, почуяв приближение войска. Правда, была и альтернатива – когда в любом селе отряд самообороны был похож на пехотную роту, в городках бюргеров штрафовали за плохое состояние личного оружия, а мародеры могли натолкнуться на все что угодно, включая пушку.

На такой почве процветали не только мародеры, а еще и, например, лжепророки, проповедующие о скором конце света. Их тезисы звучали убедительно – достаточно было посмотреть вокруг. Фанатиков и обычных разбойников органично дополняли каннибалы – другой еды, кроме ближнего, могло не быть на многие мили окрест.
Это была, наверное, самая жуткая эпоха в истории Германии. Но вот ассасину там будет где поработать по специальности. Дворцы и соборы Вены с дипломатическими и придворными интригами, руины полностью сгоревших, вымерших от войны и эпидемий городов и дороги, по которым шатаются типы, словно сбежавшие прямиком из Dead by Daylight. Более благодатный сеттинг — еще поискать.

Российская империя, 1905 год





В конце XIX и начале ХХ века в России непрерывно, то идя на спад, то вновь воскресая, действовало мощное террористическое подполье. Анархисты, эсеры, большевики – революционеры постоянно убивали чиновников, полицейских, один раз подорвали императора. Словом, это была настоящая война, на которой погибли сотни правоохранителей и военных, включая аж двух министров внутренних дел, начальника Главного тюремного управления, а полицейские управления в некоторых крупных городах теряли людей чаще, чем их коллеги в Чечне 90-х. Пиком этой войны стала революция 1905 года, когда за пару лет общее количество жертв терактов достигло 9 тысяч убитых и раненых.

Террористы тех времен были мотивированы круче современных религиозных радикалов. Политические взгляды тогдашних социалистов сейчас выглядят как кровожадный наивняк, но боролись за них до полного самоотречения. Обычно террорист обрезал все социальные связи, кроме необходимых для своих акций. При этом уровень образования и технической культуры часто был очень высоким – случалось, что кустарным способом собирали даже станки для набивки патронов, а уж изготовление взрывчатки и вовсе было почти обязательной дисциплиной. Собственно боевая подготовка была поставлена просто выдающимся образом. Скажем, в 1906 году на Охте подполковник Родзеевский во главе отряда полиции и охранки штурмовал нелегальную патронную мастерскую. Однако во время атаки оказалось, что дверь забаррикадирована мебелью, а изнутри принялись сразу палить в несколько стволов, ранили офицера с фонарем, а затем выскочили на улицу. Один из боевиков прятался в помойной яме, отморозил ноги, но ушел сам и вынес патроны. У полиции было четверо погибших, удалось взять живым только одного террориста.

Учитывая «политически мотивированные» грабежи, происходящее иногда напоминало не столько Assassin’s Creed, сколько GTA. «Эксы» — они же экспроприации, они же вооруженные налеты – происходили с удручающей регулярностью. Чуть ли не самым колоритным было нападение польских социалистов на почтовый поезд на станции Безданы в 1908 году. Банда под началом будущего польского диктатора Юзефа Пилсудского (в ее составе также были три будущих премьер-министра Польши) внедрила несколько боевиков на поезд пассажирами. Остальные подстерегли состав на самой станции. Когда поезд остановился, в него метнули две бомбы, а затем подорвали сейфы динамитом, растащили деньги и скрылись. Пятерых бандитов потом поймали и отправили на каторгу, но оставшихся хватило, чтобы поставлять Польше политическую элиту аж до Второй мировой.

Многие вещи, которые изобрели тогдашние террористы, выглядят совершенно по-современному. Скажем, как-то раз агенты Охранки изловили целый отряд террористов, собиравшихся взорвать великого князя и министра юстиции. При этом на лидере боевиков Всеволоде Лебединцеве обнаружили… пояс смертника. Боевики сами додумались, например, и до разгрузочных жилетов. Кстати, даже само слово «боевик» вошло в лексикон именно тогда.



Но полиция и охранка тоже были не лыком шиты. Рижская полиция, например, разработала тактику штурма «нехороших квартир», включавшую полицейских с тактическими щитами и тщательным распределением ролей – настоящий СОБР эпохи стимпанка. До бронежилетов инженерная мысль, к слову, тоже уже дошла – «панцири подполковника Чемерзина» испытывались в армии и в московской полиции. Вообще, контртеррористы тех времен сами были, мягко говоря, не криворукими имперскими штурмовиками и при тщательной подготовке действовали молниеносно. Скажем, та же ячейка Лебединцева была захвачена в полном составе – за засветившимися революционерами пристально следили, и перед самым терактом века скрутили девятерых сразу, прямо как есть, с бомбами и пистолетами на взводе. Заминка возникла только с милующейся влюбленной парочкой, но когда «гимназистка румяная» выхватила револьвер, сомнения отпали. В итоге семерых террористов повесили.

В общем, поздняя Российская империя – исключительно благодатное место для ассасина. Друг другу противостоят яркие противники, каждый со своей правдой, Петербург как локация — сам по себе превосходное место, интриги и подковерные игрища — всем на зависть, а экшена столько, что даже революционный Париж рядом не лежал.

Константинополь, VI век





Считается, что Римская империя закончилась в 476 году, когда был низложен последний – уже и так ничем не правивший — император. Однако с этим было кому поспорить. На юго-востоке Европы возвышался мегаполис тогдашнего мира, Константинополь. И его жители были уверены, что именно они-то и есть настоящие римляне.
Великий город построили на месте небольшой греческой колонии в эпоху упадка Рима. Константин Великий возводил новую столицу и не пожалел золота дряхлой, но еще баснословно богатой империи на город мечты. В последующие столетия город достраивали, возводя дополнительные укрепления, храмы и общественные сооружения. На западе создавались и падали царства, Рим надолго превратился в город-призрак, а Константинополь рос и богател. Внутри кипела жизнь. Константинополь был городом не только большим, но и очень пестрым. Здесь спокойно можно было встретить людей со всех концов известного мира, от персидского посольства и венецианских банкиров до викингов, нанимавшихся в варяжскую гвардию. Даже на троне побывали самые разные люди, от истинных римлян до армян, фракийцев, греков и графа Фландрии в эпоху «Латинской империи» крестоносцев. Простолюдинам тоже было, чем заняться – торговлю Константинополь вел с невиданным для «темных веков» размахом. Купить за деньги можно было все что угодно (а то и кого угодно), а зрелища не сильно уступали древнеримским. Только здесь были популярны не гладиаторские бои, а гонки на колесницах, причем самые известные возницы были популярны, как кинозвезды, а фанаты в драке могли случайно разнести полгорода. Все это благополучие держалось на очень тонкой игре императоров и их двора.

Вся стратегия выживания этой империи исходила из того, что грубой силы мало для успеха. Византия столетиями жила в кольце врагов — очень разнообразных, но всегда могучих. На востоке друг друга сменяли персы, арабы и турки, на западе набирали силу страны католической Европы, с севера приходили налетчики с Балкан и огромные кочевые племена черноморских степей – столкновение с печенегами было смешным только в мемах. Любая ошибка означала катастрофу. Тем более, что по сути огромная империя строилась вокруг всего одного – хотя и колоссального – города. При таком раскладе приходилось крутиться. Вовремя выданная взятка вождю очередного маленького гордого злого народа, искусные переговоры, интриги, натравливание одних врагов на других – и это работало, и работало долго. Пока многоэтажное здание интриг не рухнуло на головы самим интриганам – в начале XIII века крестоносцы в результате очередной многоходовочки проникли в Константинополь и разграбили его подчистую. Надорванная империя продержалась еще столетия, пока бомбарды турецких войск не сокрушили ее остатки.

Должность римского василевса была, мягко говоря, не синекурой. Лишь меньшая часть византийских императоров умерла своей смертью. Яд, несколько ударов кинжалом в полумраке галереи, в конце концов, враги на поле боя... Любой император каждую секунду должен был быть настороже – расслабившегося ждали в лучшем случае ослепление и ссылка в какой-нибудь отдаленный монастырь, в худшем – мучительная гибель вместе с семьей. С другой стороны, любой амбициозный придворный всегда с вожделением глядел на трон. Вот здесь и найдется работа ассасину – и император, желающий деликатно прекратить заговор против своей персоны, и амбициозный узурпатор, надеющийся этот заговор воплотить в жизнь, всегда нуждаются в услугах ловкого ликвидатора. Правда, тут ассасину может потребоваться умение вовремя увернуться от «благодарности» заказчика – он-то за свою жизнь тоже опасается. Византия была настоящей империей плаща и кинжала.

Хотите узнать, какие еще сеттинги могли бы использоваться в Assassin’s Creed? Обязательно прочитайте нашу предыдущую статью на ту же тему — в ней мы вспомнили еще несколько отличных вариантов.

Обсудить