Оглавление

Московская битва в играх и реальности

Как во время Второй мировой удалось остановить наступление немцев на Москву

На начало сороковых Третий рейх обладал самой лучшей армией мира – немцы громили одну европейскую страну за другой и, казалось, были, как никто, близки к завоеванию всего континента. 30 сентября 1941-го немцы начали операцию «Тайфун» – наступление на Москву. Но именно здесь отлаженная машина блицкрига была впервые остановлена и даже немного отброшена назад. Как это было? Почему это произошло? Как отразили это событие игры? Давайте посмотрим.

Великие катастрофы



Начало Великой Отечественной войны было для СССР откровенно неудачным. Внезапный удар сильного, отмобилизованного противника, неудачное развертывание в три эшелона и эффективная тактика действий подвижных соединений стоили Красной армии нескольких крупных котлов и рек крови. В окружениях гибли сотни тысяч солдат, а фронт рывками, лишь временно останавливаясь из-за отчаянного сопротивления советских войск, неумолимо двигался на восток.

Но назвать это легкой прогулкой для немцев было точно нельзя. Они несли серьезные, хоть и куда меньше, потери. Визитной карточкой Красной армии была крайняя активность – постоянное стремление нанести удар или контрудар. Поэтому сходу двигаться к столице было нельзя. Немцам приходилось разбираться с угрозами на флангах. На эти задачи отвлекались драгоценные моторизованные соединения, что замедляло наступление на Москву.



К тому же, в июле-сентябре 1941-го пришлось драться за город, испокон веков считавшийся «воротами на Москву» – Смоленск. Сражение вышло долгим и кровопролитным, и продолжить движение к Москве, до которой оставалось всего-то несколько сотен километров, получилось только в самом конце сентября.

Столица была самым важным городом Советского Союза и отнюдь не потому, что там сидело правительство или находились важные промышленные объекты. Все это можно быть, хоть и не без издержек, эвакуировать на восток. Намного важнее было то, что на Москву была замкнута транспортная система страны. Туда сходились все железные дороги – ветки, по которым можно было быстро и массово перебрасывать войска и снабжение.

Захвати немцы столицу и единый фронт рассыпался бы на множество изолированных друг от друга участков. Выбирай любой, сосредотачивай силы и бей – быстро усилить его не получится. И оборона будет куда слабее. Москву сдавать было нельзя ни при каких условиях – именно поэтому в октябре Сталин после долгих терзаний отказался эвакуироваться из города в Куйбышев, приняв окончательное решение уже на вокзале, где под парами стоял готовый спецпоезд. Вождь оставался в Москве.

Watch Dogs по-русски



Но это не значило, что возможность потери Москвы начисто отметается. Госбезопасность развернула активную деятельность. Ценные объекты готовились к взрыву, в парках создавались схроны оружия и взрывчатки для городских партизан. Создавались отряды спящих агентов – они должны были активизироваться, когда немцы займут город и попробуют использовать его как транспортный узел.

Причем с воображением у чекистов все было в полном порядке. Они, например, предвосхитили одну из ярких фишек Watch Dogs 3 – ту самую бабулю-шпионку, — создав диверсионную группу «Старики», в которую вошли 6 агентов-пенсионеров. Причем все были бывшим левыми эсерами или анархистами – то есть, людьми, профессионально занимавшимися терроризмом, экспроприациями и подрывами еще до революции.



Львиная доля усилий госбезопасности была направлена на поддержание порядка в столице – разыскивать тех, кто сеет панику. Приходилось и отлавливать дезертиров – рыскать по квартирам и смотреть, кто кого укрывает.

Отдельным вопросом было спасение исторических реликвий от бомбардировок. Для этого привлекали целые комиссии из архитекторов, спецов по маскировке и художников-оформителей, а также летчиков-наблюдателей, с воздуха проверявших их работу. Люди красили Кремль, возводили макеты зданий в Александровском саду и на Красной площади, закрывали чехлами золотые купола православных соборов – все для того, чтобы усложнить немецким летчикам ориентирование над городом и точечную бомбардировку наиболее важных объектов.

Отруби одну голову – вырастет другая



В то время на фронте складывалась отчаянная ситуация. «Тайфун» стартовал бодро, советские армии вновь попали в большое окружение, и оборона рухнула. Пришлось импровизировать и собирать ее на местах из того, что было под рукой. Полного крушения всего и вся не произошло, но и остановить немецкое наступления в новых условиях было нечем. Поэтому противник продолжал двигаться к Москве и брать один город за другим.

Но у немцев имелись и свои проблемы. Это были вовсе не распутица или холод, которые действовали на РККА ничуть не меньше, чем на вермахт, в котором, кстати, было больше мощных тягачей, позволявших преодолевать бездорожье. А две главные слабости любой армии, быстро продвигающейся вглубь территории противника, который отчаянно сопротивляется, – потери и растянутые коммуникации.



В 1941 году немцы, конечно, несли куда меньшие потери, нежели Красная армия. Но все-таки несли. Особенно это касалось сравнительно немногочисленных, но очень важных подвижных соединений. Именно они делали «главную работу» по окружениям и котлам, а пылящая пешком громада пехотных армий делала второстепенную, хоть и важную работу – штурмовала узлы сопротивления.

Но подвижные соединения были не просто кучей танков. Это была тонкая и филигранно настроенная машина – танки, моторизованная пехота, скоростная артиллерия и много-много грузовиков и «полугусеничников» со снабжением и ремонтом. Львиная доля ценности всей этой братии состояла в том, что команды эти – и тут нас поймут многие любители киберспорта – были очень хорошо сыграны. И немцы выигрывали тактические бои именно за счет ловкого взаимодействия. Поэтому потери в таких соединениях быстро возместить не получалось – требовалось продолжительное обучение. И ударная сила наступающих немцев неизбежно снижалась.

Неплохую психологическую картину дают показания пленных: «Пополнения нет. В роте было 180 человек, осталось 45».Или письма немецких солдат с фронта: «Прямо-таки удивительно, как нам всем не везет в России! Сколько товарищей там уже погибло, я уцелел каким-то чудом, но впереди еще много тяжелого. Русские не дают ни минуты покоя, они буквально травят нас, как собаки травят зайца. Мы сражаемся уже 7 месяцев, а толку чуть».

Но главная ошибка немцев была в том, что они не особо-то и стремились возмещать эти потери. Вернее, не использовали для этого все возможные средства. Дело в том, что немцы устроили Красной армии ряд грандиозных котлов и заранее поздравили себя с победой. По их прикидкам выходило, что все, что могли выставить русские, они уже разгромили. И дойти до Москвы можно и с тем, что остается. Решив это, немцы сделали приоритетными авиацию и флот, мысленно уже готовясь завоевывать Британию. А сухопутный вермахт получал снабжение и ремонт по остаточному принципу.



В то время в советских тылах с самого начала войны происходили обратные процессы. СССР играл «вдолгую», запустив два параллельных процесса – переезд промышленность вглубь страны и безостановочное формирование новых армий. Проще говоря, все, кто могли держать оружие, получали его и отправлялись тренироваться с ним, как только промышленность производила это самое оружие. Поэтому у Красной армии, в отличие от немцев, всегда были свежие и обученные резервы.

И к декабрю 1941-го, когда вермахт уже почти дошел до Москвы, эти резервы были готовы к бою.

Не по стопам Наполеона



Большое контрнаступление под Москвой оказалось для немцев полной неожиданностью – они все еще думали, что больше у противника ничего нет, и даже не пытались особо что-то там предугадывать. Поэтому удар застал их в самой неудобной для обороны наступательной конфигурации, и немцы побежали.

Часто это порождало в уже уверивших свой успех немцах не только страдания и боль, но и невыразимую обиду. Фельдфебель Шлагер, например, в январском письме жаловался невесте, как красноармейцы коварно похитили Рождество. «Проклятые русские, несмотря на Рождество, как раз пошли в атаку, мы же, наоборот, были настроены очень мирно и празднично. Представляешь, что здесь делалось, страшно вспомнить. Правда, мы успели убежать, но праздничное настроение они нам испортили надолго».



Немцы были отброшены от Москвы на сотни километров. Удалось выстроить прочный фронт. Столица, а значит, и судьба сильного централизованного сопротивления, была спасена.

А вот дальше начались разочарования. Дело в том, что как в Красной армии, так и в вермахте, были сильны воспоминания о войне 1812 года – когда в Россию вторгся сильный европейский противник, потерпевший страшнейший разгром в первый же год войны. Устояв под Москвой, наши это сладострастно предвкушали, а немцы панически боялись.

Но получилось иначе. Вместо бегства до самого Берлина немцы закрепились на новых позициях, вцепились в них зубами и удержались для того, чтобы летом предпринять новое большое наступление – уже не на Москву, а на Кавказ, в погоне за стратегическими нефтяными месторождениями.

Так получилось потому, что логистика со времен Наполеона шагнула очень и очень далеко. Появились железные дороги, усилилась промышленность, и поднапрячься, чтобы удержать рушащийся фронт за тысячи километров, стало вполне возможно. Поэтому мгновенного крушения Третьего рейха не вышло. Война на сокрушение – знаменитый немецкий блицкриг – закончилась. Настало время для длительной и кровавой войны на истощение, и ей было суждено продлиться до 1945 года.

Разумеется, битву за Москву не обошли вниманием геймдизайнеры, причем не только разработчики из СНГ, вроде создателей «Противостояния» и «В тылу врага», но и международные студии. Примером тому могут служить клюквенная, но широко известная Company of Heroes 2 и Call of Duty 2. Удивляться не приходится – битва грандиозная, и в какой-то степени определяющая судьбы мира. Так что сжимать винтовку Мосина в холодном окопе под Москвой игрокам еще придется и, судя по всему, не раз.

Ну а если тема Второй мировой вас интересует, то рекомендуем к просмотру два наших недавних видео:



Обсудить