Оглавление

Три сюжета, которые мы хотели бы увидеть в игре про Сирию

Операции русского спецназа, трехлетняя осада авиабазы и другие сражения Сирийской войны, которые мы хотели бы видеть в стратегии Syrian Warfare

В этот понедельник стратегия Syrian Warfare получила первое крупное дополнение — «Битва за Пальмиру» рассказывает о второй кампании в Пальмире, когда правительственные войска были выбиты из города атакой Исламского государства (организация запрещена в России — прим. ред.), а затем потратили почти три месяца на возвращение позиций.

Авторы «Сирии» не раз жаловались, что разрабатывать игру по еще продолжающемуся конфликту — непростое дело. Ситуация в стране порой менялась в считанные недели, а следом приходилось менять сюжет. Сегодня война с террористами в Сирии подходит к концу. У Исламского государства осталась лишь крошечная территория, поэтому можно вспомнить несколько известных сражений, которые вполне можно было бы положить в основу новых дополнений для Syrian Warfare.

Матерь всех битв



Когда в сентябре 2015 года российские вооруженные силы появились в Сирии, положение президента республики Башара Асада было близким к критическому. В армии осталось лишь несколько хорошо подготовленных подразделений, а воевать приходилось сразу на несколько фронтов — как против Исламского государства и местных филиалов Аль-Каиды, так и против повстанцев разной степени умеренности, за многими из которых стояли страны вроде США или Турции. Не хватало ресурсов — власть контролировала лишь приморские районы страны, и даже в столичном Дамаске были кварталы, удерживаемые боевиками.



Одной из ключевых целей на первом этапе кампании стал Алеппо — самый населенный город страны и ее крупнейший промышленный центр. Алеппо был эдакой Сирией в миниатюре: некоторые кварталы удерживались правительственными войсками, но значительная часть города находилась под контролем Исламского государства, а также многочисленных повстанческих группировок, которые порой воевали друг с другом не менее ожесточенно, чем с властями. Город постоянно сотрясали теракты, по нему наносились удары с воздуха и тактическим ракетами СКАД, как минимум один раз был использовано химическое оружие — газ зарин. Посреди всего этого ада продолжали как-то существовать сотни тысяч мирных жителей.

С 14 октября 2015 года самолеты ВКС России присоединились к ударам по Алеппо, а сирийская армия начала наступление на город. Сирийцы собрали для штурма города лучшие подразделения, в том числе и «Тигров» — дивизию специального назначения генерал-майора Сухель Аль-Хасана, который считается одним из главных героев войны.



К 11 ноября «Тиграм» удалось освободить авиабазу Квайрес, история блокады которой заслуживает отдельного рассказа. На момент нападения на Квайрес на базе находились летчики, небольшое подразделение охраны, а также вчерашние мальчишки — курсанты училища ПВО. Им удалось удерживать базу три года в тяжелейших условиях — снабжение велось только вертолетами по воздуху. В следующие несколько месяцев сирийские войска окружили Алеппо с севера, отрезав боевиков от снабжения с территории Турции. Затем наступление остановилось — «Тигров» перебросили освобождать Пальмиру, а воевать на несколько фронтов у сирийцев не хватало сил. Тем не менее, в июне 2016 года армия вновь вернулась к Алеппо, всего за месяц закрыв кольцо вокруг города. В осажденном Алеппо оставались более 10 тысяч боевиков. Началась подготовка к решающей битве.

Война шла в информационном пространстве. Повстанцы через социальные сети распространяли сообщения о зверствах правительственных войск и ударах российских ВКС, которые порой тиражировались СМИ безо всякой проверки. Бесспорно, жизнь гражданских в осажденном городе была далеко не сладкой, но доходило и до совсем абсурдных историй: «жертвы бомбардировки» порой мелькали на фото из разных концов города, а госпиталей в день уничтожалось столько, что под конец кампании хватило бы на небольшую европейскую страну.

Не отставала и антиправительственная пропаганда. Аналитики прогнозировали, что сирийская армия не справится с боями в городской застройке, понеся огромные потери. Распространялись слухи о многокилометровых туннелях, по которым в город продолжают поступать припасы и подкрепления, и о готовящемся прорыве блокады с двух направлений. Предстоящее сражение все чаще называли Матерью всех битв.

Пуски ракет «Калибр» и «Бастион» по объектам в Алеппо


Действительно, начавшаяся 31 июля попытка прорыва боевиков из города стала одним из крупнейших сражений Сирийской войны. Это походило не столько на антитеррористическую кампанию, сколько на полноценную войну: в атаку пошло минимум несколько тысяч бойцов при поддержке десятков танков и БМП. Прорвать кольцо удалось на юге, но по открывшемуся маршруту постоянно наносила удары российская и сирийская авиация, так что полноценное снабжение боевики так и не наладили. 17 августа кольцо вокруг города вновь замкнулось.

Любопытно, что попытка деблокады в итоге сыграла правительственным войскам на руку — во время прорыва повстанцы потеряли множество опытных бойцов, поэтому оборона города ослабла. Сирийская армия пошла вперед, «откусывая» квартал за кварталом. Грамотно использовали два перемирия: в их ходе не только открыли коридоры для мирных жителей, но и позволили покинуть Алеппо участникам наиболее умеренных группировок. Предпринятая в конце октября вторая попытка прорыва блокады закончилась полным провалом.

В середине ноября ВКС России увеличили количество ударов по Алеппо: к работавшим с авиабазы Латакия бомбардировщикам присоединились Су-33, взлетавшие с авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов». Также по позициям боевиков были нанесены удары высокоточными ракетами «Калибр». Финальный этап освобождения Алеппо продлился чуть более месяца — 23 декабря город полностью перешел под контроль правительственных сил.



В игре: освобождение Алеппо — тема для кампании даже более объемной, чем те, что уже сделаны для игры. Бои за городом во время окружения, схватки в застройке, которая в некоторых районах Алеппо выглядит как настоящий муравейник, оборонительные операции во время попыток боевиков прорваться — можно повторить все, что любят фанаты Syrian Warfare.

Оборона Дейр-эз-Зора



Упомянутая выше авиабаза Квайрес — не единственное место, где сирийцы бились в полном окружении. Три года продлилась осада Дейр-эз-Зора — города и военной базы на востоке страны. ДэЗ был самым отдаленным анклавом правительственных войск: до столичного Дамаска отсюда почти 400 километров — огромное расстояние для крошечной Сирии. Несмотря на это, за позиции здесь цеплялись до последнего: войскам требовалась авиабаза, плюс от Дейр-эз-Зора было совсем недалеко до крупнейших нефтяных районов, бывших одним из главных источников дохода сирийского правительства.

Именно с целью защитить нефтяные поля в конце 2013 года в город прибыла 104 бригада Республиканской гвардии под командованием опытного генерала Иссама Захреддина. Однако через несколько месяцев боевики Исламского государства отбили нефтяные месторождения, а следом взяли в кольцо и сам город. Военных и мирных жителей снабжали по воздуху — поначалу авиабаза еще принимала самолеты, но затем грузы стали сбрасывать на парашютах, далеко не всегда попадая в расположение своих.



Честно говоря, уже в первые месяцы после окружения многие считали, что ДэЗ долго не протянет. Авиабаза была на огромном расстоянии от своих и в самом центре владений Исламского Государства, которое в те годы становилось все сильнее и сильнее. Боевики ИГ регулярно штурмовали Дейр-эз-Зор, но каждый раз отходили с огромными потерями. Сирийцам повезло удержать прилегавшие к городу высоты, где они разместили артиллерию, плюс высоким оказался уровень подготовки бойцов, а также командные навыки Иссама Захреддина.

К 2017 году ситуация, впрочем, стала критической. Боевики постепенно отбивали у защитников позиции, а вооруженные силы соседнего Ирака начали штурм Мосула — крупнейшего города под контролем Исламского государства в стране. Несмотря на отчаянную оборону, иракцы освобождали квартал за кварталом, и в какой-то момент ИГ просто вывело свои основные силы из Мосула.

Ту-22М3 наносят удар по объектам ИГ возле Дейр-эз-Зора


Новой целью боевиков стал находившийся неподалеку ДэЗ. Несколькими атаками им удалось отбить у сирийцев часть позиций, а главное — отрезать авиабазу от города, разделив силы оборонявшихся на две части. Чтобы спасти защитников, ВКС России даже задействовали дальнюю авиацию — шестерки Ту-22М3 действовали с аэродрома в Моздоке, преодолевая около пяти тысяч километров в обе стороны. Кроме того, на аэродром ДэЗа вертолетами перебросили почти двести бойцов подкрепления. Боевиков в очередной раз удалось остановить, отбив часть позиций, но так и не соединив «половинки» анклава. Сил у обеих сторон уже не хватало, чтобы как-то поменять ситуацию в свою сторону.

2 марта сирийские военные вновь вернули Пальмиру — город, который помимо исторической ценности, располагается на пересечении сразу нескольких шоссе. Захват Пальмиры позволил выдвинуться на Дейр-эз-Зор, до которого, впрочем, оставалось еще почти 200 километров. Начавшаяся в мае наступательная операция стала триумфом сирийских командиров (а на самом деле — их российских советников): войска избегали прямых столкновений с боевиками, побеждая маневром. Боевиков брали в окружение, высаживали им в тыл десанты и буквально вбивали в землю авиацией. В августе оборона ИГ окончательно рассыпалась: за считанные дни были взяты города Эс-Сухна и Акербат — в последнем террористам не помогло даже то, что они буквально зарылись в землю, создав сложную систему бункеров и туннелей. Ну а 5 сентября наступающие соединились с защитниками ДэЗа.

Ночной десант для захвата населенного пункта Эль-Кдер


В Дейр-эз-Зоре встретились, пожалуй, два самых знаменитых офицера сирийской армии — командир «Тигров» Сухель Аль-Хасан и руководивший обороной Иссам Захреддин. Увы, но по злой иронии судьбы Иссам Захреддин, проведший в осаде три с лишним года, нередко с автоматом в руках сражаясь рядом со своими солдатами, погиб через считанные недели после освобождения — 18 октября его автомобиль подорвался на мине.

В игре: освобождение Дейр-эз-Зора — главный кандидат для следующего дополнения к Syrian Warfare — все-таки эти события начинаются сразу после взятия Пальмиры. Но не менее интересна и история обороны города: ИГ предприняло десятки атак на него, а многие превратились в настоящую бойню.

Русские идут



Участие различных подразделений из России — тоже вполне неплохая тема для отдельной кампании, над сюжетом которой придется, впрочем, немало потрудиться. Дело в том, что изначально заявлялось, что от России в Сирии будет участвовать только авиация, также наша страна поможет вооружением и предоставит военных советников. Сухопутные войска будут привлекаться только для охраны российских военных объектов, а также в экстренных случаях, вроде эвакуации экипажей сбитых вертолетов и самолетов.

Силы специальных операций


Но реальность быстро внесла свои коррективы. Весной 2016 года, после гибели под Пальмирой спецназовца Александра Прохоренко, стало понятно, что для разведки активно используются Силы специальных операций — элитный спецназ вооруженных сил. ССО довелось участвовать и в боях — судя по редким сюжетам на телевидении, спецназовцы ликвидируют высокопоставленных боевиков, а порой помогают сирийцам на наиболее напряженных направлениях. 10 мая из рук Президента РФ государственные награды получили сразу четыре офицера этого элитного подразделения — они входили в группу из 16 бойцов, которые на протяжении двух дней сдерживали наступление более 300 боевиков Джебхат ан-Нусры (организация запрещена в России — прим. ред.).

Наши военные принимают активное участие в разминировании освобожденных городов, а за порядком в них следит Военная полиция — новая структура Министерства обороны, созданная для обеспечения безопасности на тех территориях, где работают специалисты из России. Спокойной жизнь военных полицейских не назовешь — порой от боевиков их отделяют считанные километры. 19 сентября этого года террористы «Джебхат ан-Нусры» начали наступление на сирийские позиции, окружив одно из подразделений полицейских, а также группу местных ополченцев. Российские военные сдерживали атаки несколько часов, дождавшись подхода группы Сил специальных операций. Техника, на которой выводили бойцов, пришла домой изрешеченная пулями — но в этот день обошлось без потерь.



Наконец, одна из главных тайн сирийской кампании — это неофициальное участие наших военных. На видеозаписях рядом с сирийскими солдатами иногда мелькают бойцы со вполне славянскими лицами, а в отечественных СМИ то и дело появляются истории о неких добровольных отрядах и частных военных компаниях, участники которых задействованы в конфликте. В каком действительно статусе воюют эти люди, сколько их, в каких операциях участвовали — пока неизвестно. Но со временем информация наверняка начнет появляться в тех же соцсетях и на профильных форумах — тем интереснее будет собрать ее, оформив в виде нескольких миссий.

Несмотря на то, что война с Исламским государством подходит к концу, конфликт в Сирии будет длиться еще долго. Сейчас страна фактически оказалась поделена между тремя крупными силами — правительством Сирии, курдскими племенами и умеренными повстанцами — которые хоть и не враждуют между собой, но преследуют разные цели и имеют разных покровителей. Удастся ли этим группировкам восстановить государство или они вновь потонут в пучине гражданской войны — вопрос следующих нескольких лет.

Обсудить