Оглавление

Военные авантюристы, которые отлично смотрелись бы в играх

Истории людей, которые пытались захватить Камбоджу, освободить от испанцев Кубу и заново построить Монгольскую империю

Рискованные и безрассудные авантюристы — отличный материал для видеоигр. Натан Дрейк, Лара Крофт, Тревор Филлипс и генерал Саррано тому пример. Но если выдумать харизматичного героя не получается, всегда можно обратиться за вдохновением к персонажам из реального мира. История знает примеры сразу трех человек, которые устраивали государственные перевороты и всячески рисковали жизнью, чтобы изменить мир.

Испанец, который захватил Камбоджу



Конкистадоры, завоевавшие Америку, принесли в Испанию горы серебра и шанс стать одной из сильнейших европейских держав. Однако к концу XVI века земли за Атлантическим океаном были поделены. Возможностей разбогатеть в одночасье больше не существовало, из-за чего самые отчаянные люди переключили внимание с Запада на Восток. В то время испанским оплотом в Азии были Филиппины — они будут находиться под контролем державы вплоть до конца XIX века. Именно туда из Америки отправился Блас Руис в 1592 году — сто лет спустя после знаменитого плавания Колумба.



В Маниле авантюрист быстро нашел себе работу. Он устроился охранять груз на торговом корабле, который направлялся в Тямпу (тогда отдельное государство, сейчас территория современного Вьетнама). Но стоило ему сойти на землю, как весь экипаж задержали. Королю нагадали смерть от бородатого человека со шрамом на лице, и тот на всякий случай арестовал всех европейских торговцев. Что было дальше, версии расходятся: по одной из них, Блас сбежал из плена с горсткой людей, по другой — задержанных выставили из Тямпы, только без корабля и на камбоджийскую границу.

В любом случае Руис не растерялся: он дошел до камбоджийцев, потребовал аудиенции у короля, а уже на встрече предупредил о нападении Сиама (нынешний Таиланд). Выдумал он это, подслушал где-нибудь или предугадал исходя из геополитической обстановки (отношения между Камбоджей и Сиамом были напряженными), сказать сложно. Важно лишь то, что он не ошибся.

Испанцы — даже такие молодые, как Блас, — были крайне опытными военными. Поэтому камбоджийский король Сатха прислушался к нему и поставил во главе отряда. На результат это никак не повлияло — сиамцы все равно захватили столицу. Королю удалось спастись, а вот Руис попал в плен во второй раз. Его повезли морем в Сиам. Блас вместе с двумя испанцами поднял на судне мятеж и захватил власть. Сиамцев, как и всех недовольных, поубивали и выбросили за борт. Так у Руиса появилась своя джонка (китайское парусное судно) и личный отряд головорезов.



Первым делом он вернулся на Филиппины, где выгодно продал груз, а заодно рассказал властям о своих приключениях. Во время разговора он убедил руководство в том, что в обмен на военную мощь Камбоджа станет испанским вассалом. У Бласа были хорошие отношения с королем (тот называл его своим сыном). Все, что требовалось, — вернуть Сатхе трон. Идею Руиса горячо поддержали. Ему дали отряд, в который входили японские ронины (воины, оставшиеся без сюзерена) и испанцы.

Экспедиция покинула Манилу в 1596 году. До Камбоджи отряд шел на трех судах: двух джонках и военном корабле генерала Гальинато — ответственным за успех мероприятия. Правда, последний попал в шторм и потерялся. По прибытии выяснилось, что за время отсутствия Руиса политическая ситуация в Камбодже резко изменилась: вместо Сатхе на троне восседал Рама Прей. Блас, быть может, и договорился бы с ним, но внезапно разгоревшийся конфликт с местными китайцами закончился резней. Из-за бойни новый король даже не стал слушать испанское посольство. Все, чего он хотел, — возместить убытки и убраться вон из страны.



Ситуация была сложная: отступление означало трусость, нападение — смерть. Руис пошел ва-банк. Он решил под покровом ночи ворваться в чертоги и захватить королевскую семью. Вот только испанцы не знали устройства дворца. Поэтому Руис и его люди быстро заблудились. Вскоре кто-то поднял тревогу и завязался бой. На арену сражения вышел сам король. Да как вышел — верхом на боевом слоне, чтобы лично руководить битвой. Если бы не он, испанцев перерезали бы всех. А так, одной пули из аркебузы хватило, чтобы смертельно ранить Раму Прея и устроить панику среди кхмеров (национальность людей, проживающих в Камбодже).
Воспользовавшись неразберихой, отряд Руиса вырвался из дворца. Вслед за ним в погоню бросили войска. Партизанский отряд отстреливался из аркебуз, камбоджийцы в ответ осыпали их стрелами. После труднейшего марш-броска люди Руиса добрались до одной из рек, где их, по счастливому совпадению, ждал потерявшийся флагман с синьором Гальинато. Корабельные пушки отогнали кхмеров, а Блас вместе с командой погрузился на судно.



Если вы думали, что Руис на этом успокоился, то не тут-то было. Неугомонный испанец предложил генералу новый план: отправиться в Лаос за старым королем и посадить его обратно на трон. Гальинато одобрил идею. Они еще не знали, что к тому моменту Сатха уже умер. Благо после его кончины остался малолетний сын. Вместе с ребенком Руис двинулся обратно в Камбоджу, где уже шла гражданская война за королевский трон. Там он заключил выгодный союз с наемниками-малайцами и прекратил кровопролитие. В 1597 году сын короля Сатхи возглавил страну.

Гальинато отбыл, оставив Руиса и его людей руководить Камбоджей. Казалось бы, все прошло удачно — Блас с горсткой людей завоевал для Испании целую страну. Осталось только крестить нового короля и принять от него вассальную клятву монарху. Но проблема пришла, откуда не ждали: 2 года спустя взбунтовались малайские наемники — один из столпов нового режима Камбоджи. На этом следы Руиса обрываются. Вероятно, авантюрист был убит. Камбоджа чудом увернулась от колониального статуса, но не судьбы. В 1860-е она покорится Франции.

Как не отобрать Кубу



Испания в первой половине XIX века — настоящая страна генералов. Все дело в том, что империю раздирали внутриполитические склоки. Генеральские звания раздавались офицерам, чтобы правительство могло заручиться их поддержкой. В итоге на одного генерала приходилось менее 300 солдат, из-за чего военачальники постоянно грызлись между собой (им хотелось большего). Каждый такой конфликт ухудшал ситуацию в империи.

Нарсисо Лопес был таким генералом. К жизни он относился так же, как и к азартным играм. После неудачной работы на посту губернатора Тринидада Лопес попробовал себя в бизнесе. Но у него ничего не получилось ни в горном деле, ни в сельском хозяйстве, ни на карточном поприще. Сказались спад в кубинской экономике и банальное невезение. Неминуемое банкротство и смена политических взглядов заставили Лопеса поучаствовать в анти-испанском заговоре. Правда, и он ничем хорошим не обернулся для авантюриста. Ему ничего не оставалось, кроме как бежать в США, чтобы затем вернуться и завоевать Кубу.



У Лопеса были неплохие стартовые условия: благоприятствующий политический климат в штатах и поддержка хунты «Гавана-клуб». Прежде чем устроить свою гражданскую войну, американцы почти полвека спорили по вопросу рабства и захваченных территорий. И все, конечно же, из-за денег. Промышленный Север, для которого не годился рабский труд, пытался задавить плантаторский Юг. Последние получали дешевое сырье и продавали его в Европу, которая платила больше. Борьба двух полюсов шла за перевес в Конгрессе: каких штатов станет больше — «свободных» или «рабовладельческих». Захват Кубы давал Югу преимущество — там в изобилии хватало и плантаций, и рабов.

Первую высадку на Кубу отменил президент Закари Тейлор. В местной прессе так часто писали о готовящейся операции в Нью-Йорке, что это перестало быть секретом для кого-либо. В итоге отряд из полутора тысячи человек в распустили, а генеральный прокурор США арестовал корабли. Учтя неудачный опыт, Лопес предпринял вторую попытку на Юге страны. Местные власти не особо помогали Нарсисо готовить экспедицию, но и не мешали. Пообещав щедрое жалованье и награду за успех операции, испанец собрал отряд из 600 добровольцев. В 1850 году освободители двинулись покорять остров на корабле «Креол». Отплытие состоялось из Нового Орлеана — того самого города, где происходили события Mafia 3.



Первой целью стал город Карденас. Несмотря на то, что в испанском гарнизоне находилось всего 17 солдат, они дали достойный отпор флибустьерам. Дальнейшее продвижение вглубь острова осложняли сразу две новости: испанцы стягивали к Карденасу силы, а кубинцы не собирались восставать против местной власти. Отряд, может, и продолжил бы свое путешествие, но их корабль сел на мель. Чтобы оторваться от погони и вернуться в южные штаты, пришлось избавляться от оружия и провианта.

Следующую попытку неугомонный Лопес предпринял в 1851 году. И она была последней. Всему виной оказалась череда неудач. Сначала на судно «Памперо» погрузили слишком мало угля — запасов хватало только до Кубы (Нарсис не смог подобрать других добровольцев и пушки). Затем сильное течение и неисправленный компас привели компанию к охраняемой акватории. Так что когда авантюристы высадились на острове во второй раз их уже ждали во всеоружии. Армию Лопеса разбили за несколько часов. Сам генерал какое-то время скитался по острову в попытках поднять восстание, но ничего не добился. Дело закончилось пленом и казнью.

Вернись, Монгольская империя!



Барон Роман фон Унгерн-Штернберг был противоречивой личностью. С одной стороны — посредственная учеба в гражданских и военных учреждениях, пьяные выходки в тылу (в 1916-м он ворвался в комендатуру с шашкой, крикнул «Кому тут морду бить?!» и отоварил прапорщика). С другой — участник Первой мировой войны, орденоносец (за доблесть и отвагу он получил пять медалей) и авантюрист. Например, в 1913 году он бросил службу, чтобы отправиться через всю страну в Монголию для участия в местной гражданской войне. Но настоящий звездный час молодого барона настал, когда царская Россия погрузилась в смуту. В 1920 году дивизию Унгерна прижали к Маньчжурской границе. Но вместо того, чтобы отправиться в Китай, он принял другое решение.



Барон из немецкого аристократического рода задумал возродить Монгольскую империю. Он ненавидел революции и социальный прогресс и считал монархию самым гармоничным и единственно возможным устройством государства. При помощи Монгольской империи Унгерн собирался отправиться в крестовый поход против революционеров и вернуть привычный уклад.

Вот только, чтобы воплотить план в жизнь, для начала следовало выгнать китайцев из Монголии. Потребовалось пять месяцев, чтобы мобилизовать местных и выдворить из страны захватчиков. В феврале 1921 года в стране воцарилась абсолютная монархия. Богдо-гэгэн VIII оценил вклад и усилия Унгерна и пожаловал ему богато вышитый шелковый мундир. Барон подарок оценил, и кроме как в нем, почти нигде не появлялся.

Следующим шагом Унгерна стало нападение на Советскую Россию. Расчет был на антибольшевистские настроения и массовое восстание всех недовольных. Но на деле вышла встреча со злой, экипированной и дисциплинированной Красной армией. В первом же столкновении барону преподали урок, и тот бежал в Монголию.



К ужасу Унгерна, красные последовали за ним и туда. Конница барона отлично подходила для монгольских просторов. Но красные превосходили числом, они были организованы и управляли броневиками. Пока Унгерн думал, что делать, его предали собственные люди. Оказалось, что подчиненные готовы терпеть идеи о строительстве Великой Монголии, пока это не противоречит концепции «бить большевиков». А вот когда красные бьют тебя — самое время задуматься о смене командира.

В августе 1921-го подчиненные Унгерна изрешетили палатку барона. Правда, потом выяснилось, что они перепутали ее с палаткой адъютанта, а сам Унгерн остался жив. Вскочив на коня, он принялся метаться между своими отрядами, чтобы узнать, кто ему еще верен. Среди русских таких не оказалось. Монголы тоже были не в восторге от командира. Связав Унгерна, они поехали сдавать его заговорщикам. Однако в темноте они сбились с пути и заехали в лагерь большевиков. Те обрадовались такому подарку, взяли всех в плен и отвезли в Ново-Николаевск (ныне Новосибирск). Там барона допросили и расстреляли.

Авантюризм редко заканчивается чем-то хорошим даже при прокаченном перке «везение». Рано или поздно в дело вступает суровая реальность, которая расставляет все по местам. Вот только в играх подобное происходит не всегда. Так что кто знает, быть может, однажды их приключения завершатся как-нибудь иначе.

Обсудить